ГлавнаяО ЗощенкоОтзывы и пожеланияСтатьи  

Рассказы по алфавиту:    А     Б     В     Г     Д     Ж     З     И     К     Л     М     Н     О     П     Р     С     Т     Ф     Х     Ц     Ч     Ш  
Рассказы за года:
 
 


Реклама:
 
 


Другое:
 
 








Четыре дня



Германская война и разные там окопчики,— все это теперь, граждане, на нас сказывается. Все мы через это нездоровые и больные.

У кого нервы расшатаны, у кого брюхо как-нибудь сводит, у кого сердце не так аритмично бьется, как это хотелось бы. Все это результаты.

На свое здоровье, конечно, пожаловаться я не мо­гу. Здоров. И жру ничего. И сон невредный. Однако каждую минуту остерегаюсь, что эти окопчики и на мне скажутся.

Тоже вот не очень давно встал я с постели. И на­деваю, как сейчас помню, сапог. А супруга мне гово­рит: — Что-то,— говорит,— ты, Ваня, сегодня с лица будто такой серый. Нездоровый,— говорит,— такой у тебя цвет бордо.

Поглядел я в зеркало. Действительно,— цвет лица отчаянный бордо, и морда кирпича просит.

Вот-те, думаю, клюква! Сказываются окопчики. Мо­жет, у меня сердце или там еще какой-нибудь орган не так хорошо бьется. Оттого, может, я и серею.

Пощупал пульс — тихо, но работает. Однако ка­кие-то боли изнутри пошли. И ноет что-то.

Грустный такой я оделся и, не покушав чаю, вы­шел на работу.

Вышел на работу. Думаю — ежели какой черт ска­жет мне насчет моего вида или цвета лица — схожу обязательно к доктору. Мало ли — живет, живет че­ловек и вдруг хлоп — помирает. Сколько угодно.

Без пяти одиннадцать, как сейчас помню, подходит до меня старший мастер Житков и говорит: — Иван Федорович, голубчик, да что с тобой? Вид,— говорит,— у тебя сегодня чересчур отчаянный. Нездоровый,— говорит,— у тебя, землистый вид.

Эти слова будто мне по сердцу полоснули.

Пошатнулось, думаю, мать честная, здоровье. До­прыгался, думаю.

И снова стало ныть у меня внутри, мутить. Еле, знаете, до дому дополз. Хотел даже скорую помощь вызвать.

Дополз до дому. Свалился на постель. Лежу. Жена ревет, горюет. Соседи приходят, охают.

— Ну,— говорит,— и видик у тебя, Иван Федоро­вич. Ничего не скажешь. Не личность, а форменное бордо.

Эти слова еще больше меня растравляют. Лежу плошкой и спать не могу.

Утром встаю разбитый, как сукин сын. И велю по­скорей врача пригласить.

Приходит коммунальный врач и говорит: симуля­ция.

Чуть я за эти самые слова врача не побил.

— Я,— говорю,— покажу, какая симуляция. Я,— говорю,— сейчас, может быть, разорюсь на трояк и к самому профессору сяду и поеду.

Стал я собираться к профессору. Надел чистое белье. Стал бриться. Провел бритвой по щеке, мыло стер — гляжу — щека белая, здоровая, и румянец на ней играет.

Стал поскорей физию тряпочкой тереть — гляжу, начисто сходит серый цвет бордо. Жена приходит, говорит: — Да ты, небось, Ваня, неделю рожу не полоскал? Я говорю: — Неделю, этого быть не может,— тоже хватила, дура какая. Но,— говорю,— дня четыре, это, пожалуй, действительно верно.

А главное, на кухне у нас холодно и неуютно. Пря­мо мыться вот как неохота. А когда стали охать да ахать — тут уж и совсем, знаете ли, не до мытья. Толь­ко бы до кровати доползти.

Сию минуту помылся я, побрился, галстук прице­пил и пошел свеженький, как огурчик, к своему приятелю.

И боли сразу будто ослабли. И сердце ничего се­бе бьется. И здоровье стало прямо выдающееся.

1925










Сегодня
пользователей: 26
страниц: 80

Всего
пользователей: 773575
страниц: 7186978

  Яндекс.Метрика
Катра сайта