ГлавнаяО ЗощенкоОтзывы и пожеланияСтатьи  

Рассказы по алфавиту:    А     Б     В     Г     Д     Ж     З     И     К     Л     М     Н     О     П     Р     С     Т     Ф     Х     Ц     Ч     Ш  
Рассказы за года:
 
 


Реклама:
 
 


Другое:
 
 








Смешная историйка



Нынче все, как сговорились — просят посмешней писать.

Как будто, знаете, это от нас зависит. Как будто мы все из пальца высасываем. Как будто у нас толь­ко и делов, что выдумывать смешные истории.

Хотя вот, впрочем, извольте — расскажу одно комичное приключение. Так сказать, из подлинной жизни.

А стоим мы раз в кино и дожидаем одну знакомую.

Тут, надо сказать, одна особа нам понравилась. Такая довольно интересная бездетная девица. Слу­жащая.

Ну, конечно — любовь. Встречи. Разные тому по­добные слова. И даже сочинение стихов на тему, ни­как не связанную со строительством,— чего-то там такое: «Птичка прыгает с ветки на ветку, на небе сол­нышко блестит»...

Любовь в этом смысле завсегда вредно отражается на мировоззрении отдельных граждан. Замечается нытье и разные гуманные чувства. Наблюдается ка­кая-то жалость к птицам и к людям и желание тем и другим помочь. И сердце делается какое-то такое чув­ствительное. Что, говорят, совершенно излишне в на­ши дни.

Так вот, раз однажды стою в кино со своим чув­ствительным сердцем и дожидаюсь свою даму.

А она, поскольку служащая и не дорожит ме­стом — любит опаздывать. И по привычке переносит свое опоздание и на эту личную почву.

И вот стою, как дурак, в кино и дожидаюсь.

Так очередь у кассы струится. Так дверь раскры­та на улицу — заходите. Так я стою. И как-то так энергично стою, весело. Охота петь, веселиться, дура­ка валять. Охота кого-нибудь толкнуть, подшутить, схватить за нос. На душе пенье раздается, и сердце разрывается от счастья.

И вдруг вижу — стоит около входной двери бедно одетая старушка. Такой у нее рваненький ватерпруфчик, облезлая муфточка, дырявые старинные прюне­левые башмачонки.

И стоит эта старушка скромно у двери и жалост­ными глазами смотрит на входящих, ожидая, не по­дадут ли.

Другие на ее месте обыкновенно нахально стоят, нарочно поют тонкими голосами или бормочут какие-нибудь французские слова, а эта стоит скромно и да­же как-то стыдливо.

Гуманные чувства заполняют мое сердце! Я выни­маю кошелек, недолго роюсь в нем, достаю рубль и от чистого сердца, с небольшим поклоном, подаю ста­рухе.

И у самого, от полноты чувства, слезы, как брил­лианты, блестят в глазах.

Старушка поглядела на рубль и говорит: — Это чего?  Вот,— говорю,— примите, мамаша, от неизвест­ного.

И вдруг вижу — у ней вспыхнули щеки от глубоко­го волнения.

— Странно,— говорит,— я, кажется, не прошу. Че­го вы мне рубль пихаете... Может быть, й дочку жду-собираюсь с ней в кино пойти. Очень, — говорит,— обидно подобные факты видеть.

Я говорю: — Извиняюсь... Как же так... Я прямо сам не по­нимаю... Пардон, говорю. Прямо спутался. Не пой­мешь, кому чего надо. И кто зачем стоит. Шутка ли, столько народу. Пойди, разбирайся. Ш Думаю — скверность какая. И хочу уйти.

Но старуха поднимает голос до полного визга.

— Это что ж,— говорит,— в кино не пойти — оскорбляют личность! Как, говорит, у вас руки не отсохнут производить такие жесты. Да я лучше по­дожду дочку и в другое кино пойду, чем я буду с вами сидеть рядом и дышать зараженным воз­духом.

Я хватаю ее за руку, извиняюсь и прошу проще­ния. И поскорей отхожу в сторону, а то, думаю, еще, чего доброго, заметут в милицию, а я даму жду.

Вскоре приходит моя дама. А я стою скучный и бледный и даже несколько обалдевший и стыжусь по сторонам глядеть, чтобы не увидеть моей оскорблен­ной старухи.

Вот я беру билеты и мелким шагом волочусь за своей дамой.

Вдруг подходит ко мне кто-то сзади и берет меня за локоть.

Я хочу развернуться, чтоб уйти, но вдруг вижу — передо мной старуха.

— Извиняюсь,— говорит она,— это не вы ли мне давеча рубль давали? Я чего-то невнятное лепечу, а она продолжает: — Тут, не помню, кто-то мне давал сейчас рубль... Кажется, вы. Если вы, тогда, ладно, дайте. Тут дочка не рассчитала, а вторые места дороже стоят, чем мы думали. Прямо хоть уходи. Извиняюсь,— говорит,— что напомнила.

Я вынимаю кошелек, но моя дама выпускает сле­дующие слова: — Совершенно,— говорит,— не к чему швыряться деньгами. Уж если на то пошло, я лучше нарзану в буфете выпью.

Нет, я все-таки дал старухе рубль! И мы, в растре­панна чувствах, стали глядеть картину. Под музыку дама меня пилила, говоря, что за две недели знаком­ства я ей пузырек одеколону не мог купить, а, между прочим, пыль в глаза пускаю и раздаю рубли напра­во и налево.

Под конец стали показывать веселую комедию, и МЫ, забыв обо всем, весело хохотали.

1932










Сегодня
пользователей: 134
страниц: 445

Всего
пользователей: 826373
страниц: 7427939

  Яндекс.Метрика
Катра сайта